Чем отличается коррекция нежелательного поведения от физического наказания ребенка?

12.08.2015 |

Чем отличается коррекция нежелательного поведения от физического наказания ребенка?

Мой восьмимесячный сын, едва научившись ползать, отправился исследовать окружающий мир. Вот рука его потянулась к электрической розетке. Тут появляюсь я, хорошенько шлепаю его по руке и говорю: «Нельзя! Там живет электрический ток, который очень сильно кусается». Раздается безутешный, душераздирающий детский плач.



72890


Является ли засовывание пальца в электрическую розетку нехорошим поступком? — Разумеется, нет: это просто проявление природного человеческого любопытства.
Заслуживает ли такое поведение наказания? — Опять-таки, нет: где отсутствует состав преступления, там не идет речь о наказании.
А что же такое тогда мой шлепок по руке? — Это то, что я называю коррекцией.

Это отрывок из книги Леонида Некина «Воспитание без предрассудков».

Далее автор говорит: "Если я не буду вмешиваться, то ребенок, подзуживаемый природным любопытством, рано или поздно расковыряет розетку (даже если она защищена предохранительной затычкой) и получит удар электрическим током. Своим шлепком я как бы моделирую эту ситуацию в смягченной форме, подменяя опасные 220 вольт на безвредный (хотя и чувствительный) шлепок.

А вот сыну уже восемь лет. В выходной день мы едем кататься на велосипедах. Проезжаем перекресток — и я замечаю, что ребенок, прежде чем на него выехать, не бросил ни единого взгляда по сторонам.
— Стоп, — говорю я, свернув на обочину. — А что было бы, если бы там ехала машина?
И я несколько раз сильно дергаю его за ухо и при этом приговариваю:
— Перед выездом на перекресток надо посмотреть по сторонам!
Ребенок кричит от боли, но лучше уж испытать эту боль, чем однажды оказаться под колесами автомобиля. И снова: это отнюдь не «наказание» за «плохое поведение». Это коррекция.

Данный воспитательный прием известен с незапамятных времен. Вспомним, например, басню Эзопа "Вор и его мать".
Мальчик в школе украл у товарища книжку и принес ее домой. Мать увидела это и не только воздержалась от побоев, но даже выразила одобрение. В другой раз мальчик украл плащ, и опять она приняла это как должное. Взрослея, юноша продолжал совершать всё более и более крупные кражи. Наконец, его поймали с поличным, скрутили руки и повели на площадь, чтобы предать публичной казни. Мать следовала за ним в толпе и в отчаянии колотила себя в грудь. Молодой человек попросил у стражи: «Позвольте мне перед смертью шепнуть два слова на ухо матери». Несчастную женщину подвели к нему, но он не стал ничего шептать, а вместо этого оскалил зубы и откусил ей ухо. Все вокруг были возмущены этой дикой выходкой, однако молодой человек ответил: «Именно в ней причина моей погибели! Если бы она выпорола меня хорошенько тогда, когда я в первый раз украл книжку, то теперь я не был бы вором и меня не вели бы на позорную казнь».
Пресекай зло в зародыше — пожалеешь розгу, испортишь ребенка.

Когда я провожу коррекцию, у меня нет необходимости сердиться, ругаться, выходить из себя. От восьмимесячного исследователя было бы неразумно ожидать, что он станет старательно сторониться электрических розеток, а от восьмилетнего велосипедиста — что он проявит неустанную бдительность. Если бы ребенок сразу всё делал как положено, он не нуждался бы в родителях, а родители — в нем.

Садовник, формируя крону дерева, просто обрезает лишние ветки, и ничто не мешает ему радоваться своему замечательному ремеслу. Он не вопит понапрасну: "Эй, ты, бестолковое дерево! Сколько раз тебе повторять, чтобы ты не тянуло эту гадкую, кривую ветку к солнцу!". Садовник не разражается гневом по поводу того, что дерево его не слушается, и не боится за свой авторитет.

Так же и родители, формирующие судьбу ребенка, вполне могут пребывать в прекрасном расположении духа даже в тот момент, когда они «обрезают» у него нежелательные способы поведения. Именно здесь лежит глубинное отличие коррекции от наказания, хотя внешне одно несколько напоминает другое.

Наказание — это некий ритуал, спектакль, содержащий множество наносных, «игровых» элементов. Тут родитель не просто делает ребенку физически больно, но еще и предъявляет ему упрек, демонстрирует моральное осуждение — для того чтобы кратковременная физическая боль трансформировалась у того в душевные страдания, в осознание вины, в чувство «я плохой».

Убедительно сыграть роль праведного карателя можно только в том случае, если предварительно хорошенько «разогреться». Поэтому родители обычно ждут, пока дети доведут их до белого каления, и только потом принимаются разыгрывать спектакль. Не хочу представлять дело так, будто я сам — идеальный родитель. Мне тоже случается иногда наказывать детей.

Вот, к примеру, вернулся я домой с работы, смертельно уставший, и прилег отдохнуть. А дети затеяли шумную возню как раз под дверью спальни.
— Ну, вы, потише там! — покрикиваю я время от времени. Но те делают вид, что не слышат.
Постепенно во мне разрастается обида и негодование: «Как так! Я, кормилец семьи, надрываюсь на работе, чтобы дети ни в чем не знали нужды! И вот мне награда! Эти паразиты не дают мне даже полчасика отдохнуть!»
Минут через десять, окончательно взбешенный, я выбегаю из спальни и ловлю первого попавшегося нарушителя спокойствия (остальные разбегаются).
— Ты чего тут разорался! — кричу я. — Ты что, не видишь, какой я уставший! Я же вас просил быть потише! Черти окаянные! Вот тебе! Вот тебе! Получай по заднице! В следующий раз будешь знать!
— А-а-а! Это не я, это всё они...
— Эй, вы, там! — гневно ору я в пространство, чтобы остальные тоже слышали. — Думаете, убежали, и я вас не догоню? Останетесь сегодня без мороженого!

Несколько поостыв, я, конечно, понимаю, что лишь воспользовался благовидным предлогом для того, чтобы вызвать в себе праведный гнев и излить его. Вначале я дал детям пошуметь десять минут, чтобы накопить против них обвинительный материал, а потом с полным правом приступил к обличению и расправе. Если бы мне действительно хотелось тишины, я бы легко ее добился методом коррекции.
Едва заслышав первый шум, я бы вышел из спальни и ласково сказал:
— Милые дети! Если вы и дальше будете продолжать в том же духе, то через десять минут ваш уставший папочка рассвирепеет, выскочит из спальни, как очумелый, и надерет вам уши, вот так. И тут обязательно нужно хотя бы одного сорванца хотя бы разок дернуть (с любовью) за ухо, иначе послание не дойдет по назначению.

Хочу еще раз подчеркнуть: наказание и коррекция — это существенно разные вещи. Рассмотрим, для примера, такую ситуацию. Захожу я в детскую комнату и вижу, что ребенок вытаскивает из носа козюли и самозабвенно размазывает их по обоям. В следствие этого он получает от меня чувствительный шлепок по заднице.
Что это — коррекция или наказание? Всё зависит от того, какие чувства я при этом испытываю и какие слова говорю.
Если я сохраняю спокойствие и проявляю понимание (сам-то я чего только не вытворял в детстве!), если я просто произношу: "Размазывать козюли по стенкам нельзя!", — то это коррекция.
Если же я полон праведного гнева и принимаюсь орать: "Ах, ты дрянь! Что же ты такое делаешь, зараза!", — то налицо моральная оценка, а значит, мы имеем дело с типичным наказанием.

Внезапная физическая боль действует наподобие холодного душа. Где бы ребенок не витал в своих фантазиях, она властно возвращает его в сиюминутную реальность, в пресловутое «здесь и сейчас». Всё, что будет им услышано в этот момент, усвоится прочно и надолго. Если я теперь настойчиво попрошу его не пачкать обои, то моя просьба с хорошей вероятностью будет выполнена. Однако если я сообщу ему, что он дрянь, то... Нетрудно догадаться, что из этого выйдет. Впрочем, в любом случае боль, как таковая, не является самоцелью. Это лишь средство придать моменту исключительную важность и всецело завладеть вниманием ребенка.

Или возьмем другой пример. Я смазываю малышу ссадину на колене спиртовым раствором прополиса. Малыш вопит от боли. С помощью слов я могу направить ситуацию по одному из двух сценариев.
Коррекция
Знаю, что больно, но придется потерпеть. Это надо для того, чтобы твоя ссадина побыстрее зажила.
Наказание
И нечего теперь плакать! Ты сам виноват! Я же тебе говорил, чтобы ты туда не лазил! Ведь я так и знал, что ты упадешь. Это тебе за то, что ты меня не послушался!

Ключевыми словами, по которым очень легко отличить коррекцию от наказания, являются здесь предлоги: «для» или «за». Одно дело — боль, предназначенная для хорошего будущего, и совсем другое — боль как возмездие за плохое прошлое".

| Detki



72890


  • Как раскрыть потенциал своего ребёнка?

    Если вы думаете, что ваш ребенок самый замечательный, талантливый и уникальный – то вы правы. Каждый ребенок обладает неповторимыми врожденными способностями и задача взрослых помочь ребенку раскрыть его внутренний потенциал.

  • Израильские дети кошмарны \ Дина Рубина

    То есть они, конечно, милые, красивые и раскованные ребята, но не приведи Бог оказаться вам в автобусе на заднем сидении в окружении пяти-шести этаких симпатяг. Полагаю, самым сильным вашим чувством на протяжении всей поездки будет чувство благодарности Судьбе за то, что вы состоите членом больничной кассы.

  • Все дети – полезные. Вредных детей не бывает?

    Есть статистическое наблюдение: дети приносят много вреда (бьют посуду, спускают в унитаз смартфон, поджигают важные бумаги, затапливают соседей, режут на лоскутки вечернее платье). И почти не приносят пользы (не убирают свои вещи, не моют пол, не готовят родителям кофе). С этим приходится смириться многим мама и папам.

  • Как объяснить ребенку, что семейные тайны нельзя никому рассказывать?

    Редкому родителю удается избежать малоприятной ситуации, когда маленький сын или дочка вдруг рассказывают при всех то, что вы никоим образом не планировали доносить до общественности. Но как объяснить маленькому ребенку, что семейные тайны нельзя никому рассказывать?

  • Детский сад, бабушка или няня: пришло время сделать выбор

    У каждого малыша в жизни наступает момент, когда его родители должны принять решение – куда же его отдать, когда мама (или папа – в Израиле и это возможно) вернется на работу после декретного отпуска.

  • Наказание детей: надо ли и как?

    Каждый родитель рано или поздно сталкивается с вопросом о том, нужно ли наказывать ребенка или дать ему возможность жить и развиваться так, как заблагорассудится, то есть поступать в зависимости от настроения, желаний и потребностей своего возраста.


Прокомментировать


Комментарии Disqus

comments powered by Disqus

Материалы по теме:

300250

Tubishavat photokonkurs 300250

Подпишитесь

Подпишитесь на нашу рассылку и мы будем один раз в неделю присылать вам подборку самых интересных и обсуждаемых материалов с нашего сайта.

Слово детям

После празднования Лаг ба-Омера:
- Мама, я так устал, мы жгли всю ночь!

 

300250

Партнеры

9tv.co.il

cursorinfo.co.il





0.6160 s Разработка сайта - Punkleumi

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.